Почему Иран акцентирует создание новой региональной архитектуры безопасности?

Pars Today - Спикер Исламского меджлиса Ирана и специальный представитель Исламской Республики Иран по делам Китая написал в Твиттере: «Акцент Китая на укреплении общей безопасности является главным отражением того, на чем Иран также делал акцент на протяжении многих лет».

По данным Pars Today, Мохаммад Багер Калибаф приветствовал недавние заявления председателя КНР Си Цзиньпина и отметил: «Акцент Китая на укреплении общей безопасности является главным отражением того, на чем Иран также делал акцент на протяжении многих лет. Страны региона должны формировать свое будущее своими руками, и реальная стабильность возможна только посредством создания новой и собственной архитектуры безопасности в регионе. Иран готов к этому».

Мнение Калибафа о необходимости формирования «новой и собственной архитектуры безопасности» в регионе выходит за рамки краткосрочной позиции в отношении ирано-китайских отношений и должно рассматриваться в контексте геополитических событий в Западной Азии, конкуренции великих держав и меняющейся модели региональных отношений в сфере безопасности. Ключевой момент его высказываний заключается в том, что региональная безопасность не должна по-прежнему основываться на присутствии и вмешательстве иностранных держав, а должна позволить странам региона разрабатывать и внедрять собственные механизмы безопасности. С точки зрения внешней политики Исламской Республики Иран, эта  позиция является концептуальным продолжением идеи, которая в последние годы подчеркивала «внутреннюю безопасность» и прямую роль стран региона в обеспечении стабильности.

Особое значение имеет также ссылка Калибафа на акцент Китая на «укреплении общей безопасности». В последние годы Китай стремится позиционировать себя не только как экономическую державу, но и как эффективного участника мировых политических и оборонных процессов. Для Пекина общая безопасность означает, что безопасность одной страны не должна обеспечиваться за счет небезопасности другой, а региональные проблемы должны, насколько это возможно, решаться посредством диалога и сотрудничества между участниками одного региона. Таким образом, совпадение политической литературы Ирана и Китая по вопросам региональной безопасности обеспечивает подходящую основу для расширения стратегического сотрудничества между двумя странами; хотя это совпадение не обязательно означает, что Тегеран и Пекин разделяют одни и те же интересы или цели.

С этой точки зрения, концепция «новой архитектуры безопасности» является наиболее важной частью высказываний Калибафа. Архитектура безопасности означает не просто создание военного пакта или формирование новой организации, а скорее набор правил, договоренностей, механизмов укрепления доверия и сотрудничества, которые могут регулировать конфликты между странами региона. За последние десятилетия регион Западной Азии пережил войны, гонку вооружений, иностранные интервенции, политические кризисы и глубокое недоверие между правительствами. В таких обстоятельствах создание локальной архитектуры безопасности требует от стран региона перехода от логики «безопасности против другой» к «безопасности вместе с другой». Этот сдвиг, хотя и кажется привлекательным в теории, на практике столкнется с серьезными препятствиями, такими как идеологические разногласия, геополитическое соперничество и историческое недоверие.

Фраза «региональные страны должны формировать свое будущее своими руками» также несет в себе явный политический посыл. Это утверждение в первую очередь является критикой зависимости региональных стран от внерегиональных держав в вопросах безопасности. Военное присутствие Соединенных Штатов и других иностранных держав в Западной Азии на протяжении последних десятилетий было одним из главных столпов регионального порядка безопасности; но, с точки зрения Ирана, это присутствие не только не смогло создать прочную стабильность, но и в некоторых случаях привело к усилению конкуренции и росту нестабильности. С этой точки зрения слова Калибафа можно рассматривать как попытку предложить альтернативную модель, в которой региональные страны, вместо того чтобы полагаться на внешние гарантии, берут на себя основную ответственность за свою собственную безопасность.

Однако реализация такой модели требует выхода за рамки лозунгов и преобразования идеи общей безопасности в практические механизмы. Регулярный диалог между странами региона, согласование принципов невмешательства, создание каналов связи для урегулирования кризисов, сотрудничество в борьбе с терроризмом, обеспечение безопасности энерго- и судоходства, и даже механизмы контроля над вооружениями могут стать составными частями такой архитектуры. В этом контексте отношения Ирана с арабскими странами региона также имеют решающее значение, поскольку без участия основных игроков в Персидском заливе и взаимопонимания между региональными державами не будет сформирована всеобъемлющая архитектура безопасности.

С другой стороны, заключительная фраза Калибафа: «Иран готов к этому», показывает, что Тегеран намерен представить себя не просто как противника существующего порядка, но как одного из создателей альтернативного порядка. Это может создать дипломатическую возможность для Ирана, но в то же время требует представления конкретных инициатив, приемлемых для других стран региона. Если концепция собственной безопасности сможет привести к реальному сотрудничеству, укреплению доверия и деэскалации, она имеет потенциал стать эффективной основой для будущего региона.

В противном случае она может остаться на уровне политической литературы. Таким образом, главное значение слов Калибафа заключается не в объявлении нового пакта или коалиции, а в попытке укрепить идею о том, что западноазиатский порядок безопасности вступает в новую фазу; фазу, в которой роль региональных держав, особенно Ирана и важных арабских стран, а также роль Китая в политической и экономической поддержке новых договоренностей могут стать более решающей, чем в прошлом.