Трамп мечтает победить на выборах, а Нетаньяху - стать "царём" Израиля

Хатар Абу-Дайяб в газете alarab пишет: "Человеческие, медицинские, политические и экономические последствия пандемии затронули предвыборную кампанию президента США".

"И вместо того, чтобы сосредоточиться на экономических достижениях, достигнутых им в течение первых четырех лет пребывания у власти, он сосредоточил свое внимание на Китае и обвинении его в распространении коронавируса. В то же время он стремится объединить свои усилия на внутренней и международной аренах в соперничестве с Джо Байденом", - добавляет автор статьи.

Есть многочисленные дела по Ближнему Востоку и Северной Африке, некоторые из них связаны с контактами между положениями международных сил, в том числе между Вашингтоном и Пекином, или Вашингтоном, Москвой и европейскими сторонами. Но на повестке избирательной программы Трампа находятся арабо-израильский конфликт, досье Ирана, ценовая война на нефтяном рынке и нефтяные квоты, что может частично повлиять на его шанс на переизбрание.

После трех выборов Нетаньяху наконец смог остаться премьер-министром до 2021 года и разделить власть с председателем блока "Кахоль-Лаван" и действующим министром обороны сионистов Бени Ганцем. Следующий план израильского правительства - аннексировать Иорданскую долину и Западный берег к еврейским поселениям.

Хотя Майк Помпео в ходе визита в Израиль призвал Тель-Авив пока не обнародовать решение по некоторым соображениям в отношении короля Иордании Абдаллы II и "сберечь" время для нормализации арабо-международных отношений, и хотя израильтяне согласились с этим в первую очередь, но Нетаньяху, вдохновленный идеями Зеэфа Жаботинского и мечтающий о том, чтобы его называли "царем Израиля", спешит с аннексией Иордании. По видимому, "Бэби" обеспокоен тем, что после смены президента США и ухода Трампа, он не сможет рассчитывать на поддержку США для реализации этого решения. В настоящее время, сионисты пытаются использовать потребность Трампа в поддержке сионистского лобби для победы на выборах и аннексии Иорданской долины к своим поселениям как можно скорее.

При этом, нельзя отделить израило-американское дело и его влияние на ситуацию в США, от дела по Ирану, потому что это обстоятельство придает другой порядок приоритету официального Вашингтона. Единогласие США и Израиля по делу Ирана снижает маневренность Вашингтона в месяцы, оставшиеся от президентского срока Трампа. Тем временем, Нетаньяху пытается использовать остальную часть президентского срока Трампа для завершения своих строительных поселенческих проектов и не дать Ирану расширить свое влияние в Сирии, ближайшем соседе Израиля.

Примечательно, что планы Трампа по Ирану после выхода США из ядерной сделки, усиления "максимального" давления на Иран и убийства бригадного генерала Касема Сулеймани, не только не ослабили влияние Ирана в регионе, но и наоборот, усилили позицию фундаменталистской фракции в стране. В дополнение к постепенному отказу Ирана от ядерной сделки, Иран запускает военный спутник в космос и развивает свои ракетные возможности. Последний успех Ирана - отправка танкеров с бензином в Венесуэлу. Неэффективность давления на Иран заставила Трампа отвлечься от конфликта с Ираном и набраться силы для противостояния Китаю.

Эти события указывают на то, что ситуация быстро меняется в ближайшем будущем, и вполне вероятно, что конфликт будет обостряться на одном из существующих фронтов. Тем более, что иранская сторона настаивает на своих достижениях в регионе и не готов уступить. При этом, накануне выборов Трампу нужно важный шаг и достижение, которым можно было бы гордиться! Поэтому вопрос о продлении эмбарго ООН против Ирана в октябре, вероятно, будет полон сюрпризов и рисков.

В третьих, внимание Трампа на Ближнем Востоке сосредоточено на ценовой войне на нефтяном рынке и ее добыче. В этой связи мы увидели, что администрация Трампа, которая была обеспокоена резким падением цен на нефть в течение последних двух месяцев, смогла решить эту проблему в известной мере после серьезного давления, которое она оказала на Саудовскую Аравию. Но в целом подход Трампа к соперникам и союзникам, в первую очередь, усилил элементы прямой конфронтации и не обязательно может доказать искренность Вашингтона и верность его внешней политики.