Почему Гросси признал право Ирана на обогащение урана?

По данным Pars Today, Гросси заявил, что «взаимная уступка в рамках ДНЯО заключается в том, что «вы можете это делать, но вы предоставьте мне доступ, чтобы я мог исследовать каждый грамм (урана), который запечатан и не был использован ни для чего другого».

 

Эти заявления важны, потому что в июне 2025 года Соединенные Штаты под предлогом неприятия Ирана потребовали полного прекращения процесса обогащения урана. В ходе ядерных переговоров Соединенные Штаты сначала дали «добро» незаконной агрессии сионистского режима, а затем присоединились к этой незаконной кампании, разбомбив иранские ядерные объекты.

 

Исламская Республика Иран неоднократно подчеркивала, что, будучи членом Договора о нераспространении ядерного оружия, она имеет право обогащать уран и не откажется от этого права.

 

В ходе агрессивных действий сионистского режима и Соединенных Штатов были атакованы три иранских ядерных объекта, находящихся под системой гарантий Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Гросси, как генеральный директор ООН по ядерному надзору, пока не осудил эти незаконные действия и лишь призвал к инспекции объектов.

 

В интервью Financial Times он заявил, что инспекторы агентства уже несколько месяцев ждут доступа к трем ключевым объектам по обогащению урана в Иране. Он утверждал, что если Иран изменит свой подход в разгар критически важных переговоров, это даст понять, что «Иран хочет прозрачности, ему нечего скрывать, и в этом случае, по крайней мере, любое оправдание новых атак будет сомнительным».

 

При этом Иран предоставил возможность посещения других центров, не пострадавших в результате терактов, и заявил, что не допустит инспекций поврежденных объектов до тех пор, пока Агентство не прояснит свою позицию по отношению к сионистскому режиму и Соединенным Штатам и не определит рамки послевоенного состояния объектов, находящихся под его надзором. Исламская Республика Иран подчеркивает, что основой для сотрудничества и взаимодействия с Агентством является закон, принятый Исламским консультативным собранием, которое назначило Высший совет национальной безопасности ответственным за этот вопрос.

 

Заявления Рафаэля Гросси, генерального директора Международного агентства по атомной энергии, относительно признания права Ирана на обогащение урана, несмотря на просьбу об инспекции иранских ядерных объектов, привлекли большое внимание. Эту позицию следует рассматривать в контексте международного права, технических реалий иранской ядерной программы и дипломатических усилий по снижению напряженности.

 

Одной из важнейших причин этих заявлений является правовая основа Договора о нераспространении ядерного оружия. Согласно ДНЯО, государства-члены, включая Иран, имеют право использовать ядерную энергию в мирных целях. Обогащение урана на гражданском уровне, если оно осуществляется под международным надзором и инспекциями, признается частью этого права. С этой точки зрения, слова Гросси можно рассматривать как акцент на существующей правовой базе, которая различает мирное использование и военную деятельность.

 

Другим фактором является технический и политический реализм. В последние годы ядерная программа Ирана достигла стадии, когда были созданы собственные мощности по обогащению урана. В таких обстоятельствах игнорирование этого факта или его полное отрицание международными институтами может препятствовать прогрессу переговоров и сотрудничества. Признание права на обогащение фактически является попыткой создать логическую основу для диалога и сосредоточиться на прозрачности и мониторинге, а не на конфронтации.

 

С другой стороны, такая позиция может быть признаком попытки агентства сохранить свою так называемую нейтральную позицию. Хотя М АГАТЭ обязано различать технические вопросы и политическое давление, оно неоднократно занимало негативные позиции и предпринимало негативные действия по вопросу мирной ядерной деятельности Ирана под давлением Запада и сионистского режима.

 

В то же время позицию Гросси можно рассматривать как часть более широкой дипломатической стратегии по снижению напряженности. Это имеет смысл, особенно на фоне сообщений о том, что Вашингтон в ходе последних переговоров признал определенный уровень обогащения урана в Иране.

 

Иными словами, новую позицию Гросси следует оценивать в контексте недавней позиции США. Признание ядерных прав Ирана на принципиальном уровне может укрепить доверие и проложить путь к новым соглашениям или укреплению механизмов мониторинга. Фактически, такой подход делает акцент на управлении и надзоре, а не только на ограничениях.