МАГАТЭ: от технического ядерного учреждения к инструменту давления на Иран

Pars Today – Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Ирана предупредил: «Принесение в жертву нейтралитета Международного агентства по атомной энергии ради политических целей превратило этот наблюдательный орган в соучастника оправдания разжигания войны».

Исмаил Багаи написал в соцсети X о деятельности гендиректора МАГАТЭ Рафаэля Гросси в отношении иранской ядерной проблемы: «Генеральный директор Международного агентства по атомной энергии превратил технические отчеты органа, чья репутация основана на его технической экспертизе, беспристрастности и независимости, в политическое оправдание разжигания войны». Он добавил: «Когда доклады Агентства, вместо того чтобы развеивать двусмысленности, становятся материалом для создания нарратива об угрозе и построения политического и юридического дела против страны, грань между «техническим мониторингом» и подготовкой почвы для военной агрессии опасно размывается».
Багаи подчеркнул: «Эта проблема не ограничивается подрывом доверия к Агентству или его гендиректору; скорее, теряется самый ценный актив Агентства — его авторитет как беспристрастного и независимого органа. Когда технический и институциональный авторитет Агентства становится жертвой политических целей, Агентство превращается в инструмент для рационализации и содействия агрессии».

«Учреждение, задача которого — помогать поддерживать международный мир и безопасность, никогда не должно быть частью цепочки создания оправданий для войны», — сказал Багаи. «Те, кто представляет неверные оценки как убедительное основание для принудительных мер, тем самым создавая почву и контекст для агрессии или легитимизируя ее, не могут избежать ответственности за ее последствия», — подчеркнул Багаи.

В последних заявлениях Ирана относительно функционирования Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) подчеркивается не просто несогласие с конкретным докладом или решением, а скорее выражается более глубокая обеспокоенность Тегерана по поводу изменения функции этого учреждения от специализированной и технической организации к инструменту, служащему политическим целям западных держав. Заявления Багаи после принятия новой резолюции Совета управляющих МАГАТЭ в сентябре 2026 года, сосредоточены именно на этом: Агентство, вместо того чтобы играть беспристрастную роль в проверке ядерной деятельности стран, постепенно движется в направлении, где его доклады и оценки могут стать основой для политического, правового давления и даже оправдания военных действий против Ирана.
Важность этого вопроса обусловлена ​​тем, что доверие к Агентству в корне зависит от его независимости, беспристрастности и технического характера. Агентство может играть свою роль в системе нераспространения, когда его оценки проводятся без политических соображений и на основе проверяемых доказательств и одинаковых критериев для всех стран. Если этот принцип будет нарушен, каждый технический доклад может превратиться из экспертного документа в инструмент для создания политического нарратива. Главная обеспокоенность Ирана заключается в том, что техническая информация и выводы, вместо того чтобы использоваться исключительно для разрешения неясностей и вопросов гарантий, будут помещены в политические рамки и помогут создать образ «ядерной угрозы» со стороны Ирана.
Принятие резолюции Совета управляющих в сентябре 2026 года является важным поворотным моментом в этом отношении. С точки зрения Тегерана, согласование позиций Агентства с требованиями Соединенных Штатов и европейской «тройки» усилило опасения, что технические механизмы Агентства переплетаются с более широкой стратегией давления на Иран. Этот вопрос становится еще более чувствительным, учитывая, что Израиль также неоднократно пытался в последние годы превратить иранскую ядерную проблему из технического и дипломатического вопроса в вопрос безопасности и военного характера. В таких обстоятельствах любой негативный или неоднозначный доклад Агентства может быть использован в нынешнем политическом климате как доказательство усиления давления, санкций, военных угроз или даже военных действий.

С этой точки зрения, критика Ирана направлена ​​не только на содержание отчетов Агентства, но и на то, как они используются в политических целях. Если технический отчет, который должен лишь рассматривать состояние ядерных обязательств страны, попадает в цепочку, используемую для принятия резолюций, ужесточения санкций и создания основы для принудительных мер, грань между техническим надзором и политическим давлением будет фактически размыта. Именно об этом говорил Бекаи, описывая Агентство как «инструмент оправдания агрессии». Конечно, защита авторитета Агентства не означает отрицания необходимости мониторинга и проверки ядерной деятельности Ирана. Будучи членом Договора о нераспространении ядерного оружия, Исламская Республика Иран хорошо знакома с принципом мониторинга и обязательствами по гарантиям. Главный вопрос заключается в том, как осуществляется этот мониторинг и в какой степени он независим от политического давления. Если стандарты мониторинга для Ирана отличаются от стандартов, применяемых к другим странам с ядерными программами, естественно, что возникнет вопрос о политизации механизмов Агентства. Доверие к любой международной организации основано не только на её законном авторитете, но и на доверии её членов к её беспристрастности и справедливому функционированию.

В то же время, особое значение имеет и деятельность Соединенных Штатов и европейской «тройки». С одной стороны, эти страны подчеркивают необходимость сотрудничества Ирана с Агентством, а с другой — играют эффективную роль в определении политической повестки дня Совета управляющих. В результате Тегеран может утверждать, что политическое давление Запада на Агентство повлияло на атмосферу принятия решений в этой организации. Кроме того, военно-политическая поддержка Западом Израиля и позиция Тель-Авива по иранской ядерной программе усиливает обеспокоенность тем, что иранская атомная программа обозначена в более широкой геополитической картине и последствия такой тенденции не ограничиваются Ираном. Если Агентство придет к убеждению, что его доклады могут служить политическим целям крупных держав, доверие других членов Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) также будет подорвано. Государства могут прийти к выводу, что широкое сотрудничество с международной системой мониторинга не обязательно повышает их безопасность, а может привести к политической эксплуатации технической информации. Такая ситуация в конечном итоге ослабит режим нераспространения.
Поэтому нынешний кризис необходимо оценивать не только в контексте спора между Ираном и Агентством. Главный вопрос – проверка независимости международных институтов от давления со стороны крупных держав. Для сохранения своего авторитета Агентство должно продемонстрировать, что технические критерии имеют приоритет над политическими расчетами и что его доклады подготовлены не для создания оснований для возбуждения дел в сфере безопасности, а для разрешения споров и повышения прозрачности в ядерной сфере. В противном случае разрыв между «мониторингом» и «инструментами давления» будет увеличиваться с каждым днем, и Агентство не только не сможет разрешить иранский ядерный спор, но и фактически станет частью самого кризиса.