Инициатива Запада против китайской линии «Один пояс – один путь»

Крупная инициатива Запада против китайской линии называется cеть Blue Dot Network («Сеть синих точек») и в отличии от китайской инициативы серьезно смотрит на стандартизацию поведения государства.

 

 

После прихода к власти администрации Джо Байдена в США политика страны перенаправляется к Восточной Азии.

 

Конечно, с самого начала эксперты стали выдвигать вопрос о том, с какими резервами будет реализован план? 

 

Инициатива «Один пояс – один путь» реализуется с опорой на тысячи миллиардов долларов валютных резерв за счет профицита текущего счета. Это в то время, как в настоящее время у большинства западных стран кроме Германии растущий торговый дефицит. 

 

Помимо этого, неизвестно каким может быть политический результат этого плана в обмен на оказанную помощь? На протяжении многих лет Китай прилагал большие усилия, чтобы избежать вмешательства во внутренние дела стран, в то время как западные страны всегда предлагали полный пакет политических изменений в обмен на экономическую помощь.

 

Однако администрация Байдена в Вашингтоне и администрация Джонсона в Лондоне, похоже, полны решимости  реализовать план, особенно Великобритания надеется представиться в качестве центра обмена доллара и юаня в мире, сохраняя финансовый суверенитет над финансовыми операциями.

 

Соответственно, этот план обеспечит ответственное поведение в торговле, верховенство качественных инфраструктур, методы борьбы с коррупцией, гендерное равенство, финансовую устойчивость, экономический и социальный прогресс.

 

Естественно такие успехи должны быть достигнуты в рамках, желаемых для Запада. Они могут противоречить некоторым естественным и социальным характеристикам общества. 

 

Кроме того, китайцы практически никак не вмешиваются в эти сферы и рассматривают реализацию таких стандартов, как внутреннее дело стран.

 

Такой тип взгляда Запада точно похож на составление мировых соглашений и протоколов, таких как Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ) или «Повестка дня 2030». Такие цели всегда подвергаются критике со стороны независимых государств, так как объединение таких структур практически ведет к разрушению местных культур и поведения. 

 

 

 

Составление совместного плана для противостояния китайцам прежде, чем относится к Вашингтону, считается азиатской проблемой.

 

В 2016 году тогдашний премьер-министр Японии Абэ Синдзо и его индийский коллега Наренда Моди запустили план под названием «Азиатско-африканский коридор роста», который был очень похож на китайскую инициативу.

 

Интересно то, что у японцев очень интересная история представления подобных планов. Например, в 1980-х годах, когда Япония испытала очень положительное сальдо торгового баланса с США, она предложила начать создание и развитие суперпроектов с бюджетом почти в 500 миллиардов долларов. Конечно, в то время страны не приветствовали план, но Китай все изменил.

 

В 2016 году американцы тоже не приветствовали план, но с опубликованием «Стратегия национальной безопасности США» в 2017 году и признанием Китая серьезной угрозой для Вашингтона эта страна предприняла действия, чтобы предложить аналогичный план.

 

Таким образом, в 2018 году Соединенные Штаты, Япония и Австралия совместно запустили еще один план под названием «Трехстороннее партнерство» для противостояния Китаю.

 

Конечно, ни один из этих проектов в конечном итоге не увенчался успехом, поскольку ни у одной из этих стран нет необходимого бюджета для поддержки таких проектов.

 

Именно поэтому, предложение об этом плане на саммите G7 можно рассматривать как попытку найти больше участников в этом плане. Между тем, Франция стремится создать более крупный коридор между странами Северной Африки, а немцы приветствуют участие в развитии инфраструктуры других стран для экспорта большего количества машин и систем.

 

Чтобы понять настолько этот вопрос важен, достаточно обратить внимание на то, что в 2020 году Китай впервые обогнал Германию по экспорту машин и систем в другие страны мира. Это могло вызвать сомнение касательно всей экспортной позиции этой страны.

 

В макроплане cеть Blue Dot Network (BDN) мы не сталкиваемся с крупным кредитором для создания инфраструктуры. BDN - это транснациональная инициатива, способная разрабатывать стандарты, признанные всеми государственными и частными инвесторами. Она может привлекать к ответственности всех тех, кто нарушает эти стандарты.

 

Конечно, критиковали китайскую инициативу «Один пояс – один путь» по поводу того, что финансируемые проекты не обладают одинаковыми стандартами, поэтому не было достаточной однородности среди всех стран мира.  

 

 

 

Вопрос о том, сможет ли Запад в конечном итоге разработать такую инициативу против китайской линии, находится под большим сомнением. Здесь вопрос в том, какова может быть реакция Ирана на обе инициативы.

 

У китайской инициативы «Один пояс – один путь» и cети Blue Dot Network нет другого выбора, кроме как пересечь Иран, и Иран, естественно, разумно выберет свою политику на основе своих национальных интересов.

 

Конечно, с учетом прошлых действий Запада в отношении Ирана и препятствий, которые они создали для экономики Ирана, инициатива «Один пояс - один путь» могла бы стать главным приоритетом во внешней политике Ирана.